Достопримечательности района Сокол
Братское кладбище

1-го августа 2009 г. на Братском кладбище состоялась
Международная мемориальная церемония, посвящённая 95-летию
начала Первой Мировой войны 1914-1918 гг. Подробнее >>>

Мемориально-парковый комплекс Героев Первой мировой войны
Московское городское Братское воинское кладбище
(Ленинградский парк)
Новопесчаная ул., 12, метро «Сокол»
В 1878 году после Русско-турецкой войны рядом с селом Всехсвятское
в Малой Всехсвятской роще было открыто Александровское убежище
для увечных и престарелых воинов.
Здесь в 15-и домиках проживало более ста инвалидов русско-турецкой
войны.
В убежище также были построены шатровая церковь и часовня.
В 1905 году закончилась неудачная для России русско-японская война.
Тогда же в 1909 году тщанием великой княгини Елизаветы Федоровны
недалеко от Александровского убежища (ныне район домов 75-77 по
Ленинградскому проспекту) было открыто Сергиево-Елисаветинское
убежище для увечных войнов Русско-японской войны.
Здесь был храм во имя преподобного Сергия Радонежского и праведной
Елисаветы.
При убежище устроили ремесленное училище для солдатских детей.
Ансамбли этих военных убежищ были снесены в советское время,
от них не осталось и следа.
Главным военным памятником села Всехсвятского стало Братское
кладбище.
В начале Первой мировой войны в России был создан Верховный Совет
для оказания помощи семьям раненых и убитых солдат, который
возглавила супруга царя Николая II великая княгиня Александра
Федоровна, а его вице-председателем стала великая княгиня Елизавета
Федоровна.
Под покровительством Елизаветы Федоровны в Москве был образован
комитет по оказанию помощи семьям солдат, призванных на войну.
В Москву привозили для лечения прежде всего солдат с тяжёлыми,
ранениями.
Часто медицина была бессильна, и умерших от ран в госпиталях
хоронили на различных московских кладбищах.
В начале сентября 1914 года Великая княгиня Елизавета Федоровна
обратилась к членам Городской управы и гласным Городской думы
с просьбой отвести на окраине Москвы участок земли для погребения
войнов, умерших от ран в московских госпиталях.
«Их родственникам и нам всем утешительно будет знать точное место
упокоения павших при защите нашей дорогой Родины героев и иметь
возможность им помолиться» — писала она властям города.
На основе её ходатайства этот вопрос был рассмотрен на совещании
городской Управы и комиссии по мероприятиям, вызванным войной
1914 года.
Совещание постановило: «Признать необходимым учреждение особого
кладбища для войнов, павших в священной войне» — и образовало
подкомиссию во главе с гласным городской Думы, главрачом
Александровской больницы Сергеем Васильевичем Пучковым, который
затем стал попечителем Братского кладбища.
Его усилиями была куплена земля под кладбище, он же помогал
родственникам, желавшим похоронить здесь войнов.
В 1815 году для осуществления этого благого дела город покупает
за 270 тысяч рублей усадьбу и парк А. Н. Голубицкой — бывшее
имение грузинских царевичей.
Всего около 11,5 десятин векового парка, заросшего липами,
соснами и елями.
Кроме того, к кладбищу было прирезано 8 десятин государственной
земли.
По проекту архитектора Романа Ивановича Клейна здесь предполагалось
создать архитектурный ансамбль из памятной церкви, с примыкающими
к ней двумя галереями, в которых должны были экспонироваться
материалы о ходе Первой мировой войны и военные трофеи.
Р. И. Клейн писал: «На нашем поколении и, в частности, на Московском
городском управлении, принявшем на себя почин в устройстве Братского
кладбища, лежит высокая нравственная обязанность приложить все заботы
к тому, чтобы этот, отныне священный для каждого русского уголок
на вечные времена привлекал к себе народные массы... со всех концов
русской земли; чтобы грядущие поколения научились здесь любви к
Родине и уносили в сердце твердую решимость служить на пользу
Отечества».
На волне патриотизма, охватившего Россию с началом Мировой войны,
известие об учреждении Братского кладбища было встречено с огромным
энтузиазмом.
Еще до официального объявления о начале сбора средств на обустройство
захоронений поступило множество предложений о добровольных
пожертвованиях.
В начале 1915 года Московская городская Дума одобрила «Положение о
Комитете по устройству Московского Братского кладбища —
Всероссийского памятника войны 1914 года».
Согласно утверждённым тогда же «Правилам захоронения и содержания»
захоронения должны были производиться в соответствии с планом, на
котором были выделены участки: для офицерских чинов, для нижних
чинов, для Московского гарнизона, для участников общественных
организаций, для иноверцев.
Места на кладбище отводились бесплатно.
15 февраля 1915 года на землях старинного усадебного парка села
Всехсвятского состоялось официальное открытие Всероссийского
Братского кладбища, освящение временной часовни, и были проведены
первые погребения.
В храме Сергиево-Елисаветинского убежища по этому поводу состоялось
богослужение, на котором присутствовали: покровительница нового
кладбища Великая княгиня Елизавета Федоровна, московский
градоначальник А. А. Адрианов, городской глава М. В. Челноков,
губернский предводитель дворянства А. Д. Самарин, попечитель
кладбища С. В. Пучков, консулы Великобритании, Франции, Бельгии,
Японии и Сербии.
Богослужение совершал преосвященный Дмитрий, епископ Можайский.
После панихиды возле временной деревянной часовни состоялось первое
погребение пяти солдат: сотника кубанского полка Прянишникова В. И.,
старшего унтер-офицера Сибирского полка Панкова Ф. И.,
ефрейтора Старобельского полка Анохина А. И.,
рядовых Гутенко Е. И. и Салова Я. Д.
Первый гроб несли георгиевские кавалеры, второй — консулы союзных
держав, третий и четвертый — А. Д. Самарин и гласные Думы.
Здесь же, 6 августа 1915 года радением Великой княгини Елизаветы
Фёдоровны было открыто кладбище для сестёр милосердия.
Первой на нем была похоронена 18-летняя сестра милосердия Анна
Павловна Нагибина.
Проработав два месяца в московской общине «Утоли моя печали»,
Анна перешла в тифозный барак, где заразилась брюшным тифом и
умерла в лазарете.
Начиная с 17 февраля 1915 года и вплоть до середины 1920 года
захоронения на Братском кладбище производились практически
ежедневно, порой принимая массовый характер.
Могилы были расположены при старых аллеях в липовой и березовой
рощах по обоим берегам реки Таракановки.
Каменных надгробий здесь почти не было.
Могильные холмики напоминали продолговатые цветочные клумбы с
дощечками, на которых были написаны имена воинов.
Из погребений кладбища обращали на себя внимание могилы генерала
от кавалерии Павла Адамовича Плеве,
героически погибшей 19-летней сестры милосердия I Сибирского отряда
Всероссийского союза городов Ольги Иннокентьевны Шишмарёвой,
могилы лётчиков с четырёхконечными крестами из пропеллеров.
В сентябре 1916 года здесь был устроен мемориал братьев Аверьяновых.
Молодые офицеры Иван и Николай Аверьяновы воевали в составе
178-го пехотного Введенского полка.
Их младший брат Аркадий, ученик реального училища, отправился
добровольцем на фронт осенью 1914 года.
В одном из писем матери он сообщал: «Иду пешком в солдатской шинели,
до братьев осталось 40 верст».
Но так и не увидев родных, юноша был убит.
Его брат Николай Аверьянов был убит в 1915 году при отступлении
российских войск, его тело осталось лежать на вражеской территории.
Последний из братьев — Иван Аверьянов — скончался от болезни
на позициях в 1916 году.
Тело Ивана было доставлено в Москву и захоронено на Братском
кладбище, причём были установлены три памятные доски — каждому из
братьев.
Со временем площадь кладбища увеличилась до 20 десятин.
Здесь было похоронено более 18 тысяч солдат, врачей и сестёр
милосердия.
Центром кладбища стала церковь во имя Преображения Господня,
построенная в 1915-1918 годах по проекту архитектора А. В. Щусева
в стиле московских храмов XVII века на средства
А. М. и М. В. Катковых в память их сыновей Михаила и Андрея,
павших в бою с германцами в Восточной Пруссии.
Неподалеку от кладбища предполагалось создать национальный
Всероссийский музей Первой мировой войны и приют для жертв войны,
что было прервано революцией.
В 1917 году на Братском кладбище похоронили жертв Октябрьского
переворота.
К этому времени большая часть убитых белогвардейцев была похоронена
родственниками, заботу об оставшихся 37 убитых, среди которых были
студенты, юнкера, курсистки и пятеро детей, взял на себя
Объединённый студенческий комитет.
Отпевали их в храме Большого Вознесения у Никитских ворот.
А после похоронили в Братской могиле на Братском кладбище.
Напоминанием об этом стала известная песня А. Вертинского:
Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть недрожавшей рукой,
Только так беспощадно, так зло и ненужно
Опустили их в Вечный Покой!
Осторожные зрители молча кутались в шубы,
И какая-то женщина с искаженным лицом
Целовала покойника в посиневшие губы
И швырнула в священника обручальным кольцом.
Закидали их ёлками, замесили их грязью
И пошли по домам — под шумок толковать,
Что пора положить бы конец безобразью,
Что и так уже скоро, мол, мы начнем голодать.
И никто не додумался просто встать на колени
И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране
Даже светлые подвиги — это только ступени
В бесконечные пропасти — к недоступной Весне!
В 1918 году у стен Братского кладбища проводились массовые
расстрелы.
Здесь были расстреляны: епископ Ефрем, Иоанн Восторгов — настоятель
собора Василия Блаженного, которого очень ценила Елизавета Федоровна;
министры внутренних дел Н. А. Маклаков и А. Н. Хвостов,
председатель Государственного совета И. Г. Щегловитов,
директор департамента полиции С. П. Белецкий.
В 1920-1925 годах кладбище функционировало как обычное городское,
а после было закрыто для захоронений, хотя, по словам старожилов,
хоронить на кладбище продолжали до 1940-х годов.
До 1923 года на особой «Аллее лётчиков» хоронили авиаторов, погибших
при испытаниях новых самолётов на Ходынском поле.
В 1926 году Братской кладбище представляло собой подобие парка
с клумбами в цветах, правильно расположенными дорожками,
по сторонам которых были видны тысячи могил с надписями.
В конце 1940-х – начале 1950-х гг. началась массовая застройка
Песчаных улиц, во время которой Братское кладбище попытались
уничтожить, стерев о нём всякую память.
Так, например, в «Истории московских улиц» П. Д. Сытина, подробно
описана застройка Песчаных улиц, но нет ни одного намёка на Братское
кладбище.
Пятиглавый храм Преображения Господня был снесён, на его месте
построен кинотеатр «Ленинград», открывшийся в 1959 году, в котором
собираются открыть музей Первой Мировой войны.
Из тысяч захоронений погибших в годы Первой мировой войны в
Ленинградском парке, устроенном на месте Братского кладбища,
сохранился только гранитный памятник Сергею Александровичу Шлихтеру.
Сергей Шлихтер был студентом историко-филологического факультета МГУ,
он добровольно ушёл на фронт братом милосердия, затем стал военным
разведчиком и погиб в 1916 году под Барановичами.
Во время одного из боев он, перевязывая раненых в окопах, сумел
восстановить связь, чем спас их от плена.
Сергей Шлихтер был награжден Георгиевским крестом 4-й степени за то,
что будучи сам ранен вынес с линии огня раненого офицера.
Это захоронение было сохранено потому, что отцом погибшего был
партийный деятель, нарком продовольствия РСФСР, УССР А. Г. Шлихтер.
Массивный гранитный камень с надписью:
«Жертва империалистической войны.
Студент Московского Университета Сергей Александрович Шлихтер,
родился 31 декабря 1894 г.
Ранен в бою под Барановичами 20 июня 1916 г.
Скончался 25 июня 1916 г.» — поставлен на могиле Шлихтера уже
в 1920-х гг.
Автор надгробия — известный скульптор С. Д. Меркуров.
В 1994 году постановлением Правительства Москвы территория бывшего
Братского кладбища была объявлена памятником истории и культуры и
поставлена на государственную охрану.
Сейчас на месте центральной части Братского кладбища «Мемориально-
парковый комплекс Героев Первой мировой войны».
В 1990-2004 гг. на месте Братского кладбища установлены различные
памятники и часовня.
24 февраля 1991 года — обелиск «Воинам, павшим за свободу и
независимость Родины»;
В 1991 году по инициативе Военно-исторической ассоциации
«Добровольческий корпус» воздвигнута небольшая мемориальная часовня
из красного кирпича, названная во имя Спаса-Преображения «В память
защитников России, павших во всех войнах за Отечество».
Часовня освящена 27 сентября 1991 года.
Приписана к храму Всех Святых во Всехсвятском (у метро «Сокол»).
В 2004 году около входа в парк установлена стела из светло-серого
камня «Мемориально-парковый комплекс героев Первой мировой войны».
Этот мемориальный парк ценен тем, что кроме того, что осталось от
Братского кладбища, в России не существует больше ни одного памятника
героям и жертвам Первой мировой войны.
В «рыночные» 1990-е гг. в мемориальном парке пытались сделать овощной
рынок под открытым небом, но к счастью, благоразумие взяло вверх.
Сегодня этот парк — одно из любимых мест прогулок с детьми жителей
района Сокол.
Здесь устроена детская площадка, цветут яблони и липы.
Недалеко от могилы студента Шлихтера нашли приют две вечно
голодные симпатичные белочки, которых сегодня не увидишь в
московских лесопарках.

Церковь Всех Святых во Всехсвятском
Ленинградский проспект, 73 А, метро «Сокол»
Церковь Всех Святых у западного выхода метро «Сокол» — единственная
сохранившаяся постройка села Всехсвятское, что располагалось по
дороге на Тверь.
На этом месте в XIV-XV веках находился монастырь во имя Святых Отец
Семи Вселенских Соборов, а при нём — село «Святые Отцы на речке
Ходынке».
Это село принадлежало боярскому роду Патрикеевых, а в конце XVII века
было пожаловано кремлевскому Архангельскому собору.
В середине XVII века монастыря уже не было, храм перешёл в дворцовое
ведомство, а село пожаловано боярам Милославским.
Как вотчина Милославских Всехсвятское связано с историей стрелецкого
бунта.
Милославский, противник Петра I и приверженец царевны Софьи,
вынашивал здесь планы стрелецкого бунта, а после скрывался от
преследований.
В 1683 году недалеко от старого храма князь Иван Михайлович
Милославский построил каменный храм во имя Всех Святых.
В 1695 году село с храмом переходит к царевичу Александру, сыну
царя грузинского княжества Имеретии Арчила Вахтанговича Багратиона.
Александр Арчилович пользовался покровительством Петра I, который
назначил его главой Пушкарского приказа.
Во время Северной войны в 1700 году Александр Арчилович попал в плен
к шведам и спустя 10 лет умер в Стокгольме.
Местом захоронения князей Багратионов стал Большой собор Донского
монастыря.
Ныне существующая Всехсвятская церковь построена в 1733 году в стиле
барокко на средства царевны Дарьи Арчиловны.
В самом храме есть несколько мемориальных досок, напоминающих об
его истории.
Так, оригинальная надпись на грузинском на южной стене храма говорит
о том, что в 1745 году здесь погребён первый настоятель Всехсвятского
храма, воспитатель и духовник царевичей священник Георгий
Герсееванов:
«Умер я, нижайший среди людей, воспитанник царя Вахтанга и
воспитатель царя Бакара, протоирей Георгий Герсееванович в
1745 году 20 июня.
Был я таким, как Вы, и Вы будете такими, как я.
Прошу Вас во имя любви к Богу прощения, чтобы и Вам прощались
грехи Ваши. Аминь...»
На мраморной доске на северной стене написано о том, что здесь
похоронены представители грузинского рода Цициановых.
В 1939 году храм был закрыт, его иконостас уничтожен.
В 1945 году церковь Всех Святых во Всехсвятском вновь была открыта
для верующих.
В 1982 году старинный погост на территории храма был начисто
уничтожен под предлогом распоряжения о ликвидации кладбищ в черте
Москвы.
Среди варварски уничтоженных надгробий были и древние XIX, XVIII вв.
Лишь незначительное число захоронений перенесли за пределы Москвы.
На месте кладбища возникли различные церковные строения, подземная
гостиница, церковная лавка и пр.
На небольшом участке рядом со входом на территорию храма
создано нечто вроде мининекрополя, на котором сосредоточены
несколько десятков надгробий и мемориальных знаков.
Здесь можно увидеть надгробие отца знаменитого русского полководца,
героя Отечественной войны 1812 года генерала Петра Ивановича
Багратиона — Ивана Александровича Багратиона (1730-1795 гг.),
который был похоронен на территории храма.
Надпись на надгробии гласит:
«Под сим камнем положено тело грузинского царевича Александра
сына князя Ивана Александровича Багратиона, родившегося 1730 года
ноября в 1-й день, прожившего 65 лет, скончавшегося в 1795 году.
Сей памятник воздвигнул любезнейший сын его князь Петр Иванович
Багратион»
Мемориальный знак:
«Московское Братское кладбище — Всероссийский памятник войны
1914 года»
Мемориальный знак:
«Солдатам, офицерам, генералам России, Сербии, Бельгии, Франции,
Англии и США, павшим в войне 1914-1919 годов»
Мемориальный знак:
«Закладной камень храма-часовни Преображения Господня в память
защитников России, павших во всех войнах за Отечество.
Установлен приходом храма Всех Святых по инициативе епископа
Белокриницкого Тихона с благословения Патриарха Московского
и Всея Руси Алексия Второго. Освящён 15/28 мая 1998 года»
Мемориальный знак:
«Российским авиаторам, погибшим в 1914-1918 гг.
Сестрам милосердия — героическим дочерям России. 1914-1918»
Мемориальный знак:
«Российским воинам
Ветеранам войн
Крымская война 1853-1856 гг.
Русско-турецкая война 1877-1878 гг.
Русско-японская война 1904-1905 гг.
Скончавшимся от ран и увечий в Елизаветинском приюте»
Мемориальный знак:
«Войнам и мирным жителям, павшим в битвах народов в 1-й и 2-й
Мировых войнах»
Мемориальный знак:
«Учащиеся военных, юнкерских и кадетских училищ, студенты и
гимназисты, погибшие в Москве 26.10-3.11 1917 г.
Погребены 31.11 (по ст. ст.) на Братском кладбище»
Остатки мемориальный знака, порушенного вандалами:
«... казакам 15 Кавалерийского корпуса, павшим за Веру и
Отечество»
Мемориальная плита:
«Подпоручик Теремецкий В. А. (1886-1916 гг.)
Погиб в Галиции, погребён на Братском Некрополе
Плита создана участником ВОВ подполковником Теремецким Е. В.,
храмом «Всех Святых», Управой района «Сокол»
Мемориальная плита, посвящённая первым воинам, похороненным
на Братском кладбище (это их гробы несли к могилам первые лица
города и консулы союзных держав):
«Сотник Прянишников В. И. (ум. 1915 г.),
ст. унтер-офицер Панков Ф. И. (ум. 1915 г.),
ефрейтор Анохин А. И. (ум. 1915 г.),
рядовой Гутенко Е. И. (ум. 1915 г.),
рядовой Салов Я. Д. (ум. 1915 г.),
сестра милосердия Шишмарева О. И (ум. 1915 г.)»
Мемориальная плита:
«Генералам Российской императорской армии. Мандрыко. Токарев.
Алексеев. Деникин. Врангель. Дроздовский. Юденич. Корнилов. Марков.
Шкуро. Дутов. Каппель. Краснов. Каледин. Мамонтов. Адмирал Колчак»
Мемориальный знак:
«Воинам Российской армии и войск МВД, павшим в Чечне за неделимую
Россию.
Вечная память и слава. 1994-1995 гг.»
Особо надо сказать о мемориальных крестах, поставленных в
1980-1990 гг. на территории бывшего Братского кладбища и также
перенесённых на этот мининекрополь.
В конце 1980-х гг. общественность и краеведы, а затем и городские
власти начали проявлять интерес к историческому некрополю.
В дни, связанные с праздниками воинской славы, поминовения усопших,
из храма Всех Святых сюда организовывались крестные ходы.
На территории Братского кладбища совершались панихиды, молебны.
Активными участниками всех церковно-общественных мероприятий были
члены военно-исторической ассоциации «Добровольческий корпус».
Тогда в центральной части бывшего кладбища были установлены кресты
работы скульптора Н. Павлова.
Это:
Мемориальный крест
«Юнкера. Мы погибли за нашу и Вашу свободу»
Мемориальный крест
«Казаки. Юнкера. Солдаты. Офицеры. Генералы. Ополченцы-добровольцы.
Павшие в войне 1914-1919 гг. Вечная слава!
Героям Брусиловцам и Георгиевским кавалерам»
Мемориальный крест
«Памяти мучеников. Протоирей Иоанн Восторгов, епископ Ефрем.
Расстреляны 23 августа 1918 года»

Источники:
Брошюра, изданная префектурой Северного административного округа
города Москвы в 2004 году «История-Россия-Память.
Мемориально-парковый комплекс Героев Первой мировой войны
(Московское городское Братское кладбище)»
Козлов В. Ф., Святославский А. В.
«По старым московским окраинам: Экскурсии»
М.: АНО ИЦ «Москвоведение», ОАО «Московские учебники», 2007 г.